Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

я

Мои твиты

  • Сб, 14:27: Комментарий товарища Сталина к историческим изысканиям товарища Путина. https://t.co/tF5uP9oEJJ
  • Сб, 23:48: На ленте человека, с которым (с которой, в данном случае) дружу много лет, увидел ссылку на выступление Сталина 193… https://t.co/FStUbpwLVZ
я

Мои твиты

  • Вт, 17:29: Моралес нам не пример. Во-первых, он успешный президент - усталость от его демагогии, несменяемости и шуточек с выб… https://t.co/0cChVJifgO
  • Ср, 11:00: RT @Fredom33556981: Машина — «душегубка», изобретение НКВД СССР.И это было до Освенцима. Россия никогда не изменится. Всегда если и будет ч…
я

Мои твиты

  • Сб, 15:45: Коля! Ю.Петров, может, и замечательный, но понятие «главный историк» - совковая дикость. Главный - это приставка к… https://t.co/QbDP8bqlA3
  • Сб, 16:21: Сегодня прощание с Сергей Шаров-Делоне За него не стоит просить Бога - у него с Богом все хорошо. Сделанного им - д… https://t.co/FUY134nazl
  • Сб, 16:23: У вас есть минута, чтобы помочь? https://t.co/An64YalcTd
  • Сб, 17:18: Что вы все ополчились на Комиссию по этике, осудившую Гасан Гусейнов? Не все сразу. Дайте срок - будут выражаться н… https://t.co/aDg77A8CEQ
я

Письмо О.Б.Добродееву

Председателю
Всероссийской государственной телерадиовещательной компании
О.Б. Добродееву


Уважаемый Олег Борисович!

12 мая 2013 года в программе «Вести недели» на канале Россия 1, входящем в руководимый Вами холдинг ВГТРК, был продемонстрирован сюжет, снятый в Вильнюсе и посвященный человеку по имени Гиви Таргамадзе. В рамках этого сюжета были показаны кадры съемки нескольких российских граждан, включая и меня, которые сопровождались безальтернативным предположением, что все мы, либо кто-то из нас, приехали в Литву на встречу с г-ном Таргамадзе. Указанный господин, в свою очередь, был представлен спонсором антиправительственных действий на территории бывшего СССР.
В действительности же я, как и другие наши сограждане, приезжал в Литву, чтобы выступить с докладом на международной конференции, посвященной взаимоотношениям России и Европы в преддверии председательства Литвы в Европейском Сообществе. С господином Таргамадзе я не знаком. Брать у кого бы то ни было деньги для организации какой бы то ни было революции в мои намерения не входит. Я не обсуждаю здесь саму идею объяснения масштабных протестов, имевших место в нашей стране, иностранным вмешательством, однако должен заметить, что она представляется мне неадекватной и крайне опасной.
Если Вы, уважаемый Олег Борисович, посмотрите этот сюжет, Вы убедитесь в том, что и я, и другие участники конференции, были безосновательно и необъективно помещены в однозначно негативный контекст, предполагающий ангажированность авторов этого материала. Мне представляется крайне прискорбным, что на одном из главных каналов страны происходят вещи, которые трудно назвать иначе, чем провокацией.

С уважением,
Леонид Гозман
я

"Наш народ за Сталиным идет"


Самое тяжелое для меня в таких выступлениях не проигрыш по очкам – он, во многом, предопределен, а опасение оказаться недостойным доверия того меньшинства, которое сохранило здравый смысл. Мне кажется принципиально важным, чтобы наша позиция звучала с федерального экрана. Под «нашей» я имею в виду, конечно, не только и не столько позицию членов партии – Соловьев совершенно справедливо сказал вчера, что людей у нас много больше, чем партий – сколько позицию людей, ориентирующихся на нормальный (демократический, европейский, либеральный и т.д.) путь развития страны. Большинство из них скептически относятся ко всем вообще партиям.  

Я, конечно, в некотором шоке от голосования. Кстати, оно должно напугать наш тандем. По-моему, оно мало связано с достоинствами и ораторским искусством Зюганова и с моими недостатками – оно по политическим вопросам в этой передаче мало меняется по ходу спора. Хочется верить, что частично – это свидетельство хорошо организованной работы внутри КПРФ. Один активист вполне может проголосовать раз 50 или даже сто. Мы такой работой пренебрегаем и это, конечно, наша ошибка и наша вина. Но, в основном, это голосование отражает реальный расклад сил в обществе. Для кого-то «Сталин – наше знамя боевое», остальные же искренне считают, что без Хозяина ничего не получится, не понимая, к чему этот Хозяин, в конце концов, неизбежно придет. Жуть! Как я сказал на эфире, мы, конечно, никуда не уедем и будем всему этому мраку противостоять, но, что легко не будет, становится все яснее. Сколько еще нужно лет, чтобы мы стали более или менее нормальной страной?

Спасибо огромное всем, кто поддержал – голосованием, звонками или на твиттер.


я

Нечто вроде поздравления самому себе с юбилеем

Факт рождения не является заслугой родившегося. Также, не является его заслугой или вообще чем-либо значимым, что он родился ровно в этот день ровно столько лет назад – ни в какие юбилеи в окружающей среде ничего не меняется.
Есть, однако, традиция – поздравлять, отмечать и т.д. А еще – подводить итоги. Этого я делать не буду – во-первых, рано, какие наши годы? Во-вторых, несмотря на широкое распространение ЖЖ, я по-прежнему, считаю, что мои собственные оценки того, что у меня получилось в жизни, а что нет, касаются только меня и немногих близких мне людей.
А вот что изменилось за время, проведенное на этой земле, понять хочется. Была советская власть, ненавидел ее, сколько себя помню, в их игры не играл, в партию не вступал. Насколько хватало смелости и возможностей, был в оппозиции. Ее не стало. Августовские дни 1991 были самыми счастливыми в моей жизни – гражданской, разумеется, а не личной.
По рождению, по образованию, по работе – МГУ сразу по окончании и вплоть до «лихих девяностых» - я принадлежал русской интеллигенции и принадлежностью этой гордился. Считал и считаю, что это была подлинная аристократия. И это был привилегированный класс – работа по душе, свободы, если не рваться в начальство, явно больше, чем у других. Никто, например, не проверял, что именно я рассказываю студентам на лекциях, разве что доносы иногда писали. А главное, в отсутствии даже суверенной демократии и в присутствии советских СМИ интеллигенция была и партией, и моральным судьей. И слова ловили. Действительно, можно было написать статью и проснуться знаменитым. Той интеллигенции больше нет. Т.е. люди-то остались, но они и сами в большинстве своем не чувствуют той социальной ответственности, что раньше, да и мнение их уже мало кого волнует. Результат – университеты, институты за коммунистов. Такое мне бы не привиделось и в страшном сне. Это как великий князь с красным бантом. Его, кстати, тоже расстреляли, как и тех, кто без бантов.
Я входил в этот мир в период, когда преследовали за веру – уже не очень сажали, но жизнь портили. Я всегда был атеистом, но после долгой борьбы с редакцией добился того, что еще в первой моей книге слово Бог было написано с большой буквы – положено было с маленькой. Студентов, которых пытались выгнать из МГУ за принадлежность к религиозной общине, защищал по мере сил. Теперь преследуют тех, кто осмеливается против религии выступать, а бывшие выпускники военно-политических академий крестятся перед телекамерой и носят нательный крест только что не на пальто. Раньше сумасшедшими объявляли верующих, скоро, похоже, станут объявлять атеистов. Одна надежда на Закон Божий в школах (он, кажется, будет называться основами православной культуры) – этот курс внушит детям такое отвращение к религии, что теократический тренд в нашем развитии может и сорваться.
В начале моей профессиональной карьеры в ВУЗах и институтах у власти были, в основном, прохиндеи, к науке никакого отношения не имевшие. Потом их как-то потеснили. Теперь они или, точнее, их клоны, возвращаются. Может быть, мои наблюдения не репрезентативны – рад был бы ошибиться.
Раньше мир был закрыт. В конце семидесятых по огромному блату нам с женой удалось посмотреть на границу, на тот самый священный рубеж. Это было в Армении на реке Аракс. ДОТы, ДЗОТы и прочее были ориентированы не в сторону потенциального противника, а внутрь своей территории. Большой концлагерь с мягким к тому времени режимом содержания. Сейчас мир открыт. Он оказался не совсем таким, как мы думали, но, объехав несколько десятков стран, я, пересекая границу, каждый раз вспоминаю о тех временах, когда точно знал, что никогда не увижу ничего, кроме Болгарии.
Я никак не могу нарадоваться некоторым вещам – открытым границам, как только что было сказано, а главное – свободе слова. Я, конечно, не хуже других понимаю, что сделали в последние годы с нашей нарождавшейся демократией. Выборные фарсы и советская ложь по телевизору вызывают у меня не меньшее отвращение, чем у любого нормального человека, а что получаешь, когда пытаешься заниматься политикой, я знаю, пожалуй, лучше многих. Но каждый раз, когда я слышу, как человек открыто говорит то, за что раньше сажали, я испытываю острое чувство счастья.
Вообще, мне кажется, что за те годы, что я живу на свете, жизнь в стране – про мир не знаю – стала лучше. Питание, жилье, медицина – это само собой. Понимаю, что думать об этом не «духовно», но тем не менее. Теперь о духовном. Мы вышли из глухой изоляции и хотя готовы, по-прежнему, на всех обижаться и видеть везде заговоры против себя, эта паранойя уже не является единственно возможным мироощущением и даже не всегда доминирует. Государство, практически, перестало убивать своих граждан, т.е. убивает, конечно, но масштабы злодейства сегодня и несколько десятилетий назад несопоставимы. Демократии, понятно, нет, но уже не обязательно говорить, что она есть. Частная собственность не защищена и может быть отобрана хоть у олигарха, хоть у ларечника, но только у конкретных олигархов и ларечников, но не у всех. Она, сама по себе, уже не преступление, а наоборот, основа жизни. За выход на марш несогласных могут сломать руку, но не дадут двадцать лет без права переписки. По телевизору идет черт знает что, но есть Интернет и в самом обозримом будущем они со своим первым каналом и, вообще, контролем за СМИ могут идти куда угодно – все будут смотреть и читать, что хотят и ничего с этим не сделаешь. Конечно, продолжаются попытки запихнуть пасту обратно в тюбик, но это еще никому не удавалось.
Сегодняшняя наша страна, несмотря на все мерзости, нравится мне больше, чем та, в которой я родился. А значит, во-первых, повезло родиться вовремя, а во-вторых, можно и дальше пытаться делать окружающую среду более похожей на ту, которую я хотел бы видеть. Собственно этим я и намерен заниматься в отведенное мне время.